Юрий Бурносов. Чудовищ нет: роман, рассказы. – СПб. : Азбука-классика, 2006. – 416 с.

В 2003 году издательство "Азбука-классика" выпустило романы Юрия Бурносова "Два квадрата", "Три розы", "Четыре всадника", составившие цикл "Числа и знаки". Для раскрутки неведомого прежде автора глашатаи немало потрудились, для прельщения недоверчивых читателей выкрикивали имена Умберто Эко и Артуро Переса Реверте, без конца упоминали "Сонную лощину" то ли Вашингтона Ирвинга, то ли Тима Бертона, то ли обоих вместе. Однако в целом проект оказался скорее неудачей. В любовно выписанных декорациях (они-то и удались более всего) едва трепыхался дряблый сюжет, люди-тени совершали необязательные действия, а необходимость придерживаться единого стиля и ритма придавливала своей тяжестью повествование. Тем временем выяснилось, что Юрий Бурносов – один из создателей проекта "Виктор Бурцев", соавтор симпатичных, но вполне проходных и ни на что не замахивающихся романов вроде "Охоты на НЛО" и "Зеркала Иблиса". Можно только приветствовать стремление в одиночном плавании осваивать новые пространства, однако попытки группы поддержки выдать ёжика за дикобраза скорее повредили писателю.

Спустя три года Юрий Бурносов написал роман "Чудовищ нет". Действие романа развивается параллельно в 1880-м году и в 2003-м году. То, чем занимаются герои, можно охарактеризовать кратко: они сражаются с демонами и вампирами. Иван Иванович Рязанов, сотрудник специально для такой надобности созданного подразделения в ведомстве Лорис-Меликова, – по долгу службы. Его потомок, школьник Лёха Рязанов, в борьбу оказался втянут оказался против своей воли, упоения в бою не испытывал, но у него присутствовали иные, не менее благородные мотивы, и такой среди них: подругу из беды выручить. Роман получил должную порцию похвал, представил фантастическую автономию в лонг-листе литературной премии "Национальный бестселлер", дал основания думать, что попадает в то незначительное число текстов, не охваченных действием закона Старджона. И действительно, достоинства романа не нужно выискивать с микроскопом. Очевидно, что автор справился с сюжетом, благополучно развязав по ходу повествования почти все узелки; те же, что остались, вполне годны для последующего продолжения, если будет сочтено нужным таковое написать, а нет – за открытый финал сойдут. Так же нельзя не отметить, что главы, в которых действие происходит в 1880-м году, умело стилизованы, написаны легко, не ощущается натужности, свойственной трилогии "Числа и знаки".

Но, право, все эти достижения за великие достоинства можно счесть разве что по причине некоторой размытости критериев. Это элементы профессионализма, та самая печка, от которой и следует танцевать хоть ламбаду, хоть менуэт. К примеру, подобное умение раз за разом демонстрирует даже в неудачных романах Борис Акунин, и никому не приходит в голову акцентировать на этом дополнительное внимание. Акунин, кстати, не зря вспоминается, типологическое сходство Эраста Павловича Фандорина и Ивана Ивановича Рязанова несомненно. Хуже того, дорога, вымощенная чёрными кирпичами "фандоринской" серии, потихоньку отучает отнюдь не худших писателей искать для XIX века свои краски, по этой дороге не только Юрий Бурносов проследовал, но и такой сильный автор, как Александр Громов...

Есть претензии и иного плана. Например, молодой человек 16-17-ти лет от роду совершает тройное убийство. И не вампиров или демонов он убивает, а обычных граждан, и не просто убивает, а добивает контрольными выстрелами. Ну да, не светочами разума были эти мелкие гопники, попавшие на мушку прапрадедовского револьвера, но их человеческой природы это не отменяет. Однако никакого значительного воздействия на психологический облик героя убийство трёх человек не оказало. Недолгие душевные терзания были залиты водкой, а для скорейшего восстановления душевного равновесия подруга парня находит действенные аргументы. Сурово вопросив "Надеюсь, это были плохие люди?" и услышав неуверенный, но положительный ответ, она без колебаний закрывает тему: "Тогда плюнь на это и не забивай голову". Юное и прелестное создание, столь безапелляционно удавившее моральные терзания друга, оказалось, правда, 40-летней вампиршей, с неё и взятки гладки, однако этим напутствием парень с облегчением воспользовался. И остался положительным героем, и вёл борьбу со злом (или с тем, что более умелые борцы выдали ему за зло), и ложным сомнениям более не поддавался. Как справедливо заметил Валерий Иванченко, "мы сами плодим чудовищ и сами можем быть куда страшнее их". Хочется верить, что сцена в финале, когда омоновцы берут парня под белы руки, не месть оборотней, прописавшихся в местной милиции, а справедливое воздаяние за совершённый тяжкий грех.

Нельзя так же обойти вниманием желание объяснять сложнейшие общественно-политические проблемы России конца XIX века кознями угнездившихся на верхних этажах власти демонов и вампиров. Вот так, оказывается, всё просто. Естественно, и революцию они же, вампиры, спровоцировали, со своими, вампирскими, целями. А процессы 1937-го года, чтоб вы знали, это уже попытка тов. Сталина избавиться от влияния кровососущих, двадцать лет пировавших в разорённой и обескровленной стране. Таким образом отвратительная вакханалия в постановке режиссёра Вышинского и худрука Сталина приобретает даже оттенок благородства. Впрочем, можно сослаться, что в романе описывается не реальная Российская империя, а альтернативно-историческая – ведь какую-то цель, наверное, преследовал автор, заставляя персонажей происхождением попроще в 1880-м году вести разговоры об ожидаемой свободе, скорее подходящие для года 1860-го. Однако и альтернативная история не та лаборатория, где следует игнорировать логику и скрещивать исторические реалии с дурно пахнущей фэнтезятиной. Константин Фрумкин уже посвящал целую статью (“Развращающая простота криптоистории”, "Нева", 2005 год, № 9) попыткам фантастов предельно упрощать сложные проблемы. Признаться, не все доказательства, приведённые там, показались справедливыми, тем более необходимо заметить, что роман Бурносова в концепцию Фрумкина укладывается весьма органично.

Не везде Бурносову удалось справиться с фактурой. Исторические экскурсы в историю и природу вампиризма смотрятся чужеродно, дело свелось к длинным монологам, которые декламируют заинтересованным слушателям обладатели недоступных знаний; такой метод подачи материала вызывал усмешку ещё сорок лет назад у исследователей не лучших образцов отечественной НФ. Длинная речь, да что там речь – целая научно-популярная лекция помещика Армалинского о методах ведения хозяйства сельскими священниками – типичный вставной номер, ружьё, которое не стреляет, ибо ни местный поп по ходу повествования не понадобился главному герою, ни тем более его методы хозяйствования.

Причины несколько избыточного восторга, с которым был встречен роман Юрия Бурносова, вполне очевидны: не слишком блестящи дела в современной фантастике. Вот и приходится искренним доброжелателям набирать в лёгкие воздух и дуть в спину прыгуну, только бы он преодолел заветную отметку в восемь метров и получил звание мастера спорта международного класса. А там, глядишь, все и поверят, что эту отметку он покорил сам.

А. Кошара, №36 (№3 2007)

Joomlart

Сейчас на сайте

Сейчас 4 гостей онлайн

Статистика

Пользователи : 3
Статьи : 306
Просмотры материалов : 484061